Кто-то хотел бы «понедельники взять и отменить», а выросшему в детдоме подкидышу Платону Громову фатально не везло по пятницам. Проблемы росли вместе со своим обладателем, и к его двадцати четырем годам грозили стать смертельно опасными. Когда напавшие (естественно, в пятницу) хулиганы вознамерились отобрать не кошелек, а жизнь, Платон вдруг вспомнил даже те приемы, которыми никогда не владел.

Платон Громов в прежнем мире наивно полагал, что пятница для него – самый страшный день, грозящий серьезными бедами и опасностями. Насколько сильно он ошибался, парень понял, только попав в новую реальность.